up
» » Три смерти Иосифа Сталина
Загадки истории / Забытые имена
Jadaha от 26-08-2013, 19:45
Три смерти Иосифа Сталина
Вернуться на главную
2 813 просмотров
0 комментариев

60 лет назад на своей подмосковной даче умер Иосиф Сталин. Великий и ужасный диктатор, как говорят, был оставлен на произвол судьбы своими соратниками, которые устали бояться Хозяина. Есть более смелая версия, согласно которой его отравили заговорщики. А может быть, у Кремлевской стены похоронен вовсе и не Сталин?

Не уберегли

Официальная версия событий хорошо известна. 28 февраля, по словам Хрущева, Сталин сначала вызвал ближний круг в Кремль, где они смотрели новый фильм, а потом все допоздна ужинали на даче. Разъехались около пяти утра. Сталин якобы отпустил охрану спать, сказав, что ему ничего не нужно. Поэтому все и решили, что Хозяин планировал встать позже обычного, и не беспокоились до вечера 1 марта. А потом просто боялись заходить.

Ближе к ночи охранники, встревоженные тишиной в комнате Сталина, вошли-таки в кабинет. Утром 2 марта на Ближнюю дачу прибыли врачи и диагностировали паралич правой стороны тела, потерю речи и сознания. Для лечения был созван консилиум светил медицины, но они с самого начала диагностировали инсульт и сделали неблагоприятный прогноз.

4 марта 1953 года было объявлено о болезни вождя. 5 марта в 21 час 50 минут Сталин умер. Согласно медицинскому заключению, смерть наступила в результате кровоизлияния в мозг. Менее чем через сутки в присутствии другого, не менее авторитетного консилиума было проведено вскрытие. Затем, по решению правящей элиты, в спешном порядке тело забальзамировали и после церемонии прощания поместили в Мавзолей Ленина. А по Москве поползли слухи о том, что Сталина отравили.

Впоследствии Хрущев, да и многие другие «очевидцы» напустили на историю смерти Сталина много тумана. Долгие годы полуофициально муссировалась тема «неоказания помощи». Согласно ей, по распоряжению Берии Сталин, свалившийся от инсульта, был оставлен без лечения на 30 часов, в результате чего последствия болезни стали необратимыми.

Последний ужин

Сталин никогда не жаловался на здоровье. Хрущев в своих воспоминаниях относит это на счет скрытности и желания выглядеть железным лидером. А на самом деле к 73 годам он якобы перенес два инсульта. Быстро уставал, часто простужался. Страдал от гипертонии. Но все равно продолжал ночные обеды с ближним кругом в Кунцево и не признавал никаких диет. Немудрено, что 73-летнего старика хватил удар…

Однако сведений о последнем роскошном ужине вождя обнаружить не удалось. Сохранилось меню, которое Сталин заказал на вечер 28 февраля. Там значатся паровые картофельные котлеты, овощи, сок и простокваша. Не слишком впечатляющее застолье, так ужинают в одиночестве. И в Кремле 28 числа Хозяин не был – в журнале посещений его кабинета нет отметок за это число. А журнал посещений Ближней дачи таинственным образом пропал.

Действия охраны выглядят тоже более чем странно. Сталин не встал к завтраку – побоялись будить. Не вышел к обеду – решили не беспокоить. Не попросил и ужина – попытались заглянуть в замочную скважину. Затем все же вошли в кабинет и увидели вождя лежащим на полу без сознания в луже мочи. Его переложили на диван, укрыли пледом, позвонили своему непосредственному начальству и стали ждать.

Кстати, начальник охраны Сталина Николай Сидорович Власик вспоминал, что однажды Хозяин задержался на 30 минут в парной, так министр госбезопасности тогда дал команду ломать дверь. То, что Сталин отпустил охранников спать, отношения к делу не имеет. Такие приказы ни один нормальный служака (если не хочет под трибунал) не выполняет. Сразу скажем: за свою преступную халатность охрана наказания не понесла.

В девять утра 2 марта врачи смогли осмотреть больного. Он по-прежнему лежал на диване, но, странное дело, был одет в повседневную одежду, а не в пижамные брюки и нижнюю рубашку, как вспоминали охранники. Перед тем как допустить к больному докторов, их серьезно проинструктировали. Берия приказал все действия согласовывать с дежурным членом политбюро.

Кстати, консилиум собрали странный. Формально у постели больного собрались светила науки: семь профессоров (шестеро – академики) и один доцент. Правда, из них четверо – невропатологи, один специалист по гепатиту, один ревматолог, один терапевт и лишь один кардиолог. Человек умирает от инсульта, а у постели дежурят врачи совсем не подходящих специальностей…

К тому же все они были директорами НИИ, заведующими кафедрами и так далее, то есть реальных пациентов видели очень давно. Впоследствии консилиум усилили бывшим директором НИИ курортологии и начальником Санупра. Реаниматологов Неговского и Чеснокову пригласили лишь 5 марта. Виноградов и Преображенский, прекрасно знавшие Сталина как пациента, так и остались в тюрьме, посаженные по «делу врачей».

Лечащего врача Сталина – Кулинича – даже не пригласили. Как и не затребовали историю болезни, находившуюся в Кремлевской больнице. Но диагноз поставили сразу – геморрагический инсульт с поражением левой половины мозга. Получается, никто в политбюро лечить Сталина и не собирался.

Врачебная тайна

Консилиум всерьез даже не опросил охрану и обслугу: что Сталин накануне ел, когда лег спать, принимал ли какие-то лекарства, в каком виде его нашли. Проще говоря, никто не озаботился тем, чтобы составить анамнез, чему обучают на первых курсах мединститута. Зато аппетит у врачей был отменный. Обслуга вспоминала, что повара на даче работали не покладая рук.

Вопрос о переводе Сталина в стационар даже не обсуждался – ему прописали полный покой, но при этом постоянно делали болезненные инъекции (магнезия и камфора в огромных количествах). Лечение выглядит бессистемным и нелепым. Разные препараты то назначались, то отменялись. Кроме того, действия врачей совершенно не соответствовали поставленному диагнозу. Самым глупым выглядит пассаж о том, что больной находится без сознания, у него отмечены паралич правой половины тела и потеря речи. Откуда они узнали о потере речи, если человек без сознания?

По свидетельству некоторых специалистов, комбинация препаратов, вводимых Сталину, усугубляла положение больного. Врачи сознательно игнорировали некоторые результаты анализов, другие необходимые исследования не проводили вовсе. Поставив диагноз 2 марта, необходимые для лечения геморрагического инсульта мероприятия для повышения свертываемости крови стали проводить только 5 числа. А второго прописали… пиявок. Это, кстати, противопоказано при инсульте, так как разжижает кровь.

Непрофессионализм в СССР мог обойтись дорого, так что без гарантий неприкосновенности врачи на такое не пошли бы. Снова отметим: как и в случае с охраной, никто не был наказан.

Банда академиков

Некоторые сохранившиеся результаты анализов прямо указывают на признаки отравления. Но последовательных

исследований не проводилось. Современные специалисты считают, что симптомы странной болезни Сталина очень напоминают отравление антикоагулянтами – например, дикумаролом или варфарином.

Эти препараты особенно опасны для пожилых людей и способствуют поражению сосудов, то есть создают клиническую картину инсульта. Варфарин синтезировали в Америке в 1948 году, так что применять его в СССР можно было без опаски. Но при одном условии: все члены консилиума действуют заодно.

Кстати, с гематомой таких размеров, какую выявили при вскрытии, Сталин никак не протянул бы четыре дня. Получается, она образовалась как раз во время «лечения» или благодаря ему. А ведь есть свидетельства, что состояние Сталина время от времени улучшалось. Как раз в такие моменты ему и делали очередную бесполезную и болезненную инъекцию. Магнезии и камфоры, к примеру, за четыре дня вкололи столько, что одно это могло привести к отказу почек и печени. Заключительным ляпом врачей стал укол адреналина, сделанный за считанные минуты до смерти Сталина. Адреналин, естественно, вызвал сосудистый спазм, что при инсульте категорически противопоказано.

Сообща утверждали ошибочный план лечения, вместе закрывали глаза на «неудобные» симптомы. Получается какая-то банда академиков под крылом политбюро.

А был ли Сталин?

Слишком много накопилось странностей с 1 по 5 марта. Первая – безалаберность охранников. На такую работу не брали безнадежных дебилов или примитивных вышибал. Они должны были понимать, что Сталин вполне может прийти в себя и припомнить им неоказание помощи. То же самое должны были знать и врачи. Смертность от инсультов не была стопроцентной, и Сталин мог остаться в живых, пусть и в инвалидном кресле. Скорее всего, он захотел бы свести счеты со всем консилиумом скопом.

Эта же мысль должна была посетить ближний круг – Хрущева, Берию, Булганина, Кагановича, Маленкова, Молотова и Микояна, которые стояли за всем заговором. Загадка в том, как пойти на такой заговор решились люди, прекрасно представлявшие себе, каким бывает гнев Хозяина.

Для начала заметим, что, кроме Хрущева, никто серьезных мемуаров после себя не оставил. Все либо скупо поддакивали разоблачителю культа личности, либо не написали ничего. А Хрущев постарался выставить Сталина жестоким, вспыльчивым параноиком. Немудрено, мол, что охрана боялась потревожить Хозяина, когда тот умирал в одиночестве, плюс пьянка 28 февраля – и получите инсульт.

Еще одно вранье Хрущева – слабое здоровье Кобы. Никаких сведений о перенесенных вождем инсультах нет, на кадрах кинохроники он выглядит бодрым. Гипертонией Сталин тоже не страдал – сохранились его ЭКГ начала 1950-х годов. Зачем понадобилась вся эта мелкая ложь?

Добавьте к странным обстоятельствам пропавшие журналы регистрации посетителей, и будет крайне сложно восстановить картину последних дней жизни вождя. История болезни Сталина хоть и сохранилась, но находится в неудовлетворительном состоянии. Не хватает страниц, все листы подшиты по отдельности и в беспорядке, по многу раз переписывались. Подписи членов консилиума датированы июлем 1953 года. Журнал болезни сплошь состоит из неподписанных черновиков. Амбулаторная карта Сталина из «Кремлевки» тоже пропала.

Масштаб заговора вкупе с небрежностью исполнения наводит на одну мысль. В марте 1953 года ни члены политбюро, ни исполнители их воли Сталина не боялись. Это могло произойти лишь в одном случае: вождя уже не было в живых.

Обреченная кукла

В самом деле, так не относятся к грозному тирану. У Сталина, кстати, были совершенно официальные двойники. Самый известный из них – Евсей Лубицкий, бухгалтер из Винницы. Он не раз стоял на трибуне Мавзолея и принимал участие в переговорах с иностранными делегациями. В 1952 году Лубицкого неожиданно арестовали. А в марте 1953 освободили и… выслали в Душанбе, где он и умер в 1981 году.

Так, может быть, 5 марта на смертном одре и чуть позже, на столе прозектора, лежал вовсе не Сталин? Вполне возможно, если внимательней присмотреться к процедуре вскрытия и похорон. Покойников никогда не вскрывают так быстро после смерти – тело, можно сказать, едва остыло. Для процедуры выбрали совершенно не подходящее помещение, маленькое и темное. Не все члены комиссии видели, что происходит на столе прозектора, зато было полно охраны. Внутренние органы умершего после вскрытия уничтожили. Как будто заметали следы.

Кроме того, комиссия не усмотрела очевидных анатомических дефектов Сталина. Еще царская охранка упоминала, что второй и третий пальцы на левой ноге Джугашвили срослись. Это же зафиксировали кремлевские врачи в 1925 и 1931 годах, но в 1953-м – просмотрели. Не заметили при вскрытии и дефекта локтевого сустава левой руки – следствие перелома в шестилетнем возрасте. Нет в акте патологоанатомов и упоминания о том, что ноги Сталина были разной толщины. А в 1929 году кремлевскими докторами это отражено. Выходит, вскрывали ненастоящего Сталина?..

Окончательный диагноз

26 марта 1947 года Сталин серьезно заболел. Высокая температура, кровавая рвота, понос. Записи в истории болезни с каждым днем становились все более угрожающими. Анализы все хуже и хуже. То ли дизентерия, то ли отравление. Врачи ничего не могли поделать. И вдруг запись 30 июля: «Наблюдавшиеся явления хронической дизентерии постепенно стаяли». Остается догадываться, кто на самом деле «поправился»: Сталин или его двойник.

Кстати, выздоровевший вождь повел себя странно. Он практически устранился от решения государственных дел – по официальной версии, засел за «Теорию социализма». Перестал принимать участие в совещаниях. К тому же резко сократился объем корреспонденции, которую Сталин получал напрямую. Члены ближнего круга впоследствии говорили, что он устал от «ручного управления страной» и сосредоточился на решении разногласий между заместителями. Но Сталин теперь и на трибуне Мавзолея становился в сторонке, и на партсъездах сидел особняком, отдельно от президиума. Верхушка не хотела, чтобы двойник слышал их разговоры?

Еще одна тяжелая болезнь пришлась на конец 1937-го – начало 1938 года. Тогда Сталин либо отравился, либо слег с тяжелой ангиной. Но о том случае практически ничего не сообщалось, из чего можно сделать вывод, что болел настоящий Хозяин. Не тогда ли Сталина потеряли в первый раз? А потом замена одной вышедшей из строя «куклы» на другую вошла в привычку. Между прочим, после 1938 года Сталин стал как-то слишком мягок по отношению к приближенным. Зато многие дела (в том числе «ленинградское» и «дело врачей») вершились под контролем товарищей Хрущева и Маленкова.

Трудно объяснить мотивы этих афер с двойниками. В 1937-м верхушка политбюро, вероятно, растерялась и побоялась борьбы за власть. А может быть, опасалась мести военных за массовые репрессии. В 1947-м, скорее всего, нуждались в международном авторитете Сталина – начиналась холодная война.

А в 1952-1953-м очередной двойник, вероятно, вышел из-под контроля и стал не нужен. Как иначе назвать решение XIX съезда, когда «Сталин» внес предложение расширить Президиум ЦК до 25 человек и вывести из него Молотова и Микояна?

В восемь часов вечера 5 марта 1953 года в совместном заседании приняли участие члены Президиума ЦК, Совета Министров СССР и Президиума Верховного Совета СССР. Возглавляли действо, однако, не 25 человек Президиума Центрального комитета, а старая гвардия. Вскоре у страны было новое руководство: Маленков – председатель Совета Министров СССР, Берия – глава объединенного МВД, Хрущев – фактический руководитель КПСС, Булганин – военный министр. Молотов, Каганович и Микоян тоже получили свои посты. Фактическая отмена решений партсъезда заняла 40 минут. Через час ближний круг уже был на даче. Еще через пять минут медсестра Моисеева сделала больному роковую инъекцию адреналина.

На этот раз Сталин умер окончательно.

Марк АЛЬТШУЛЕР

Новости по теме:
Поиск по сайту:
Тайное и неизведанное, загадки истории
Рейтинг@Mail.ru
© 2013-2017 Все права защищены